Первая страница Репрессированные Балкарцы ОТКАЗАНО В ПУБЛИКАЦИИ В СМИ КБР
ОТКАЗАНО В ПУБЛИКАЦИИ В СМИ КБР Печать
 
«Кабардино-Балкарская правда» (19 мая 2006 г., №114-115) опубликовала Распоряжение Президента КБР о создании очередной, предположительно новой комиссии «По делам национальностей, религии и общественных объединений». Прописаны благие задачи, серьезные полномочия и «Состав». В 10- и пунктах «Положения», большинство из которых повторяют друг друга, существенны и опорны два и это – «Участие в разработке и реализации государственной национальной политики и подготовке целевых программ для социально-экономического и национально-культурного развития республики». При профессиональном, трезвом и совестливом подходе и решении этих двух вопросов, остальные отпадут. Надо заметить, что косвенно о существовании в республике самого «национального вопроса», который, как известно, возникает при ущербности политической системы, свидетельствуют сами документы.
 
А в своей конкретной части она отражает только усилия составителей только сохранить и усложнить данный вопрос. Речь, в частности, о «Составе», который, по данному тексту, должен прогнозировать, гармонизировать, формировать и т. д. национальные отношения в республике, «реализовывать» национальную политику и даже «распространять идеи межнационального согласия». И эти деяния должны будут вершиться не в абстрактном государстве, а во всяком случае, по тексту в Кабардино-Балкарии, где, волею драматических обстоятельств, два народа с двумя разными языками, «образами мира», разной историей, особенно новейшей, объединены в одно. И хотя бы «разработку целевой программы национально-культурного развития» должны осуществлять представители каждой национальной культуры. Это как апелляция к элементам здравого смысла. Но в «Комиссии» из 19 человек, только три балкарца и 13 кабардинцев. Решения по «Положению» будут приниматься простым большинством голосов. Принцип подбора даже этих трех национальных представителей  проверен, неизменен. В частности, внесенная в «Список» как балкарка И. А. Атмурзаева, известна тем, что проявляла крайнее усердие в идее ликвидации двух балкарских административных единиц – Хасаньи и Белой Речки. И этого оказалось достаточным, чтобы она обрела статус представителя и теоретика национального вопроса. Данный критерий в подборе даже 3-х кандидатур из 19, которые ни присутствием, ни отсутствием влиять на решения «принимаемые простым большинством» не могут, неизменен, осторожен и оскорбителен для всех сторон. Только в самой неуверенной, искаженной модели диктатуры внедряется немота меньшинства, и она отражена в данном «Списке». «Большинство» же представлено всеми ветвями власти и 4-я кабардинцами учеными во многом определяющие состав и направление существующей национально-государственной идеологии в республике. Поскольку именно они будут выдвигать теоретическую основу теперь уже под обновленную «национальную политику» и проектировать структуру «национально-культурного развития республики» остановиться на их предыдущем творчестве, в данном ракурсе необходимо.

Наиболее одиозны, колоритны работы Унежева, и в частности, книга «Культура адыгов (черкесов) и балкарцев». Это своеобразный коллаж из прежних работ как «Живут адыги на земле моей», «Феномен черкесской культуры», обновленный частицей «и»…  Самозваное присвоение автором своему труду жанра «Учебное пособие для студентов высших учебных заведений, учащихся лицеев, колледжей и общеобразовательных школ»,- требует, на наш взгляд, расследования компетентных органов. Заметим только, что в издании отсутствуют рекомендации Министерства образования, а без него, как известно, столь всеохватное «учение» не имеет права именоваться «учебным пособием». И нарушение этой нормы, наверное, наказуемо, тем более, содержание книги открыто и прямолинейно проповедует идею национального превосходства и исключительности. Во всех прежних работах данный озноб определил и интонацию, и стилистику, и интеллект автора. В данной из-за узкорыночных задач он позволяет себе для повторения своих небезопасных иллюзий взять как фон культуры другого этноса, которую не знает и узнать не в силах. Не только нравственная глухота позволяют Унежева вмещать в перечисление, в разряд случайного приложения к величью родного «феномена» духовную историю балкарского народа. Из 220 авторов, на которые Унежев ссылается, только 5 балкарцев, в фактической основе, предельно произвольной и управляемой ограниченной задаче. И объяснение такой несоразмерности таится в заговаривании автора до лепета о «пришлом народе» и «пришлом» откуда-то прямо на ледники только 6 внятных данных о балкарцах. Остальное частица «и». «Адыги занимали территорию от берегов Черного и Азовского моря до Кавказского хребта, вплоть до самых ледников включительно, а балкарцы занимали горную часть» (стр. 33). То есть, по тексту, за ледниками, или на ледниках, а точнее где-то на гребнях скал жил народ. При этом «народы Кавказа, которые не являются родственными абхазо-адыгам… пришлые народы, например, осетины и тюркские (то есть карачаевцы и балкарцы»). И потому «пришлые» на ледники все «восприняли» от адыгов. И «Нарты», надо полагать, тоже» (стр. 163). За этими фактами не заблуждения, не изумляющая безграмотность, а ложь. При всей своей ограниченности автор не может не знать, что его вымысел «о пришлых народах» опровергнут наукой, что каждый этнос имеет свою биографию «Нартов» и наиболее научно убедительна ее первичность именно у обозначенных автором «пришлыми» народами и т. д.  И по всей книге Унежев проводит положение о своей нации, как «культуросозидающей расе». Заметим, что именно подобное измышление было составным теоретическим каркасом кодекса фашизма. Вопрос в другом – неужели достаточно проповеди национального превосходства, чтобы обрести бремя «должного гармонизировать» межнациональные отношения (Из пункта о Положении).

Второй участник «Списка» Дзамихов К. Ф., выступает как рецензент именно данного труда Унежева, рецензент, одобряющий и согласный. И для репутации «предупредителя возможного обострения межнациональных отношений» (Пункт Положения), видимо, предостаточно одного этого факта. Не менее интересен в предложенном по «Положению» амплуа третий историк – Кажаров В. Х.  В книге «Современная государственность Кабардино-Балкарии – истоки, пути становления, проблемы» он, в частности, утверждает, что «имперское мышление» стало элементом не только теоретического, но и обыденного сознания адыгов. «А в массовом сознании гипотезы, как правило, превращаются в очевидные факты». Уточним – данная метаморфоза далеко не «правило». В новейшей истории  идеологии нацизма в Германии попыталось гипотезы превратить в «очевидные факты». То, что косвенно и прямо упомянутые ученые озабочены реализацией данной догматической утопии, говорят многие факты. А предметное видение «политических проектов» В. Кажаров «усматривает в создании общих политических структур» для черкесского, адыгского и кабардинского народов. То есть их объединение. Конкретна эта идея, при всей ее сложности, понимаема и разумна. Как и заключение о том, что решение именно этой задачи «исправить историческую несправедливость, допущенную царской Россией в ходе Кавказской войны» Но как-то нелепо звучит это слово «справедливость», если ее соизмерить с отсутствием простого упоминания уже в главе «Национальная государственность и функции этнического воспроизводства (1921-1991) о 1944 годе, хотя бы для информации о изменениях в этой самой государственности в связи с депортацией соседнего народа. Видимо, эпизод столь незначителен для автора, как и то, что только до 1921 года можно говорить о национальной государственности Кабарды., без Балкарии, и с 1944 до 1957 года. Писать об этом периоде и ни разу не упомянуть о Балкарии, – возможно при полном отсутствии не только чувства справедливости, которое автор требует от «царской России».

В упомянутом сборнике, кстати,  сообщают нам «об истоках, путях становления, проблемах государственности Кабардино-Балкарии» вновь только кабардинские ученые. Только их гипотезы, теории, под которые, естественно, подтянута фактологическая база. Один из его составителей Боров А. Х. также включен  в «Список». Он, в отличии от своих коллег, личные представления ретуширует под слой общетеоретических выкладок, избегает плоских деклараций, и уже за это его хочется поблагодарить. Но утверждением, что межэтнические отношения на Северном Кавказе спровоцированы «Законом о реабилитации репрессированных народов» (стр. 68) превосходит уже Унежева, который хотя бы не имитирует беспристрастие и многозначительность. Боров также убежден, что депортация балкарского народа была актом покушения на государственность Кабарды. Ничем иным. И за этим вымыслом неадекватность реальности уже клиническая. Даже приведенных фактов достаточно, чтобы определить у данных ученых очень серьезные симптомы балкарофобия. И официально закрепленные за ними обязанности программировать «национально-культурное развитие» народа недоверие, непонимание, нетерпимость, к которому открыто провозглашается ими, несут избыточную долю либо провокации, либо хамства, отражающего опыт вседозволенности.

Повторимся, именно упомянутые историки будут определять идеологию «национальной политики». Предложенный «Состав», должный еще и «реализовывать таковую» оправдан в случае, если речь идет о государстве Кабарда. Но вера составителей, что Балкария только условно-лексический знак, питаемая измышлениями ученых,  и очень многим другим, все же абсурдна. Она опасна и неумна.

Те, кто составили данный «Список» проявили крайний политический цинизм, в наших реалиях привычный, но приобретающий новую форму и на фоне теоретический обозначенных задач, и на фоне нового президента. Мы убеждены, что решения данного «Состава» будут только обострять национальные отношения и усиливать отчуждения. 

Убеждены, что в республике с двумя равноправными субъектами проекты хотя бы их национально-культурного развития должны составляться представителями субъектов. Это азбука. Обращаемся к президенту КБР с просьбой пересмотреть данные документы и привести их в соответствие с элементарными нормами, заложенными в законодательстве даже тоталитарных режимов. Настаиваем, что идеологи «Состава» воплотили именно вариант «экстремистского проявления в сфере межнациональных отношений» (Из «Положения») и безнаказанным такой вызов здравому смыслу не должен быть оставлен.

                                                                                                        Ахматов Р.

Из истории переселения кабардинских аулов на территорию Балкарии

Командиру Отдельного Кавказского корпуса господину
генералу от инфантерии и кавалеру Головину 1-му

Кабардинского временного суда

31 января 1839 г.
Некогда жившие в Кабарде 18 аулов переселены сюда, а именно:

1.  Аул узденя Махокова жительство имел прежде в вершине Кумы, возле Бекешевской  станицы, ныне же сей аул поселен между реками Урванью и Череком.
2. Аул узденя Джантемирова   до сего жительство имел на реке Падаре, где поселена Суворовская станица, ныне поселен по правую сторону реки Малки, выше станицы Солдатской.
3. Аул узденя Трамова жительствовал прежде выше крепости   Константиногорской,   близ нынешней станицы Есентукцкой, ныне поселен сей аул по правую сторону Малки,   выше поста известно – бродского брода.
4. Аул узденя Ашабова   жительство имел прежде на реке Подкумке,   где поселена Баргустанская станица, ныне поселена   сей аул   на реке Кишпеке.
5. Аул капитана Хаджи-Мисоста Атажукина тоже более половины аула и сам   имел жительство близ станицы Баргустанской, а ныне поселен на правую сторону реки Чегема,   близ укрепления Чегемского.
6. Аул узденя   Бабукова жительствовал   на   реке Юца,   ныне сей аул поселен на правую сторону реки Малка, против поста ниже Женальского.
7. Аул узденя Хаджи-Муса   Абукова   жительство имел ниже крепости Баргустанской   по  правой стороне Подкумки, ныне поселен сей аул на реке Чегем.
8. Аул узденя Агубекова поселен был выше крепости Баргустанской по левой стороне, ныне переселен на реке Чегем.
9. Аул узденя Али Конова поселен был близ крепости Кисловодокой по левой стороне ручья в 5 верстах, ныне поселен на речке Кишпек.
10. Аул узденя Казайшева поселен был прежде близ крепости Кисловодском в одном расстоянии с Али  Коновым, ныне поселен на реке Чегеме.
11. Аул узденя Лафишева.
12. Аул Таусултана Абукова, оба жительства имели в Лоове ауле выше Бекешевской станицы, а ныне поселена по правую сторону Малки противу Павловской станицы.
13. Аул узденей Кармовых.
14. Родовой поручика Бекмурзы Ногмова.
15. Узденей Адживых.
16. Узденей Абзевановых,   жительство   имели  под Бештовыми горами близ Шотланской колонки, ныне поселены на левую сторону Малки   близ поста Известного брода.
17. Аул узденя Ток Асланова, вышедший из-за Кубани поселен на реке Кубани.
18.Аул узденей Кошевых имел жительство на реках Золке и   Куре ниже станицы Государственной, ныне переселен на правую сторону Малки выше в двух верстах Солдатской станицы.

Председатель суда – подпись

Члены суда: – 1. подпись
                     2. подпись
                     3. подпись

Секретарь суда поручик Бек-Мурзин. ЦГВИА,
ф. 13454, оп. 2, д. 281, л. 64 об.

Источник:
Территория и расселение кабардинцев и балкарцев в XVIII-XX  веков. Сборник документов. Нальчик, издательство «Нарт», 1992.. Предисловие и составление Х. М. Думанова.  Документ за № 9. Стр. 35-36.
 
. . . .
О сайте

1991-1998 выходила газета «Юйге Игилик» («Мир дому твоему»). 1998-2003 издавался журнал «Ас-Алан». Они отражали жизнь, историю и реабилитационные движения  репрессированных народов. По объективным причинам мы вынуждены были остановить их издание.   Теперь мы решили возобновить «Ас-Алан», на этот раз в электронном варианте.


Цели и задачи остаются прежними – освещение жизни репрессированных народов; ознакомление цивилизованного мира с их современным состоянием, культурой, проблемами их бытия и места в этом сложном мире.



© 2008 Ас-Алан
По всем вопросам обращаться на
bilallaypan@hotmail.com